Yield и парадоксальная теория изменений

Вчера состоялся первый из четырех классов про опору. Отпускали, находили, что происходит внутри нас при встрече — и как давать этому место, давать этому происходить. Смотрели, в чем разница слияния и со-бытия от различения и отталкивания.

Release — движение-отпускание, сонаправленное с гравитацией. А вот Yield — движение-позволение случаться»телесной антигравитации». Позволение опоре поддерживать нас целиком. Навык пропускать эту поддержку во весь объем тела. И уже из этого смягченного, чувствующего, узнавшего себя и опору состояния — отталкивание, отличие себя от другого и понимание, сколько есть возможностей и поддержки для дальнейшего движения.

Внутри этих паттернов есть такое волшебное место: быть здесь и двигаться здесь. Когда я не убегаю куда-то, где меня нет, не мечтаю о какой-то форме или месте, которые далеко. Нет, я очень сильно оказываюсь в своём «где я есть». Потом оказываюсь — движением — здесь еще сильнее, и это становится началом для видимого перемещения. Если посмотреть со стороны, я перемещаюсь и двигаюсь, иногда довольно быстро и далеко. Но внутри, в каждом движении, я погружаюсь, остаюсь, чувствую и замечаю своё «здесь».

Что-то очень созвучное парадоксальной теории изменений Бейссера, только в движении, физике и теле — наглядно и явно. «Изменение происходит тогда, когда человек становится тем, кем он есть, а не тогда, когда он старается быть тем, кем не является. Изменения не возникают посредством принудительной попытки самого индивида или другого человека изменить его, но они происходят, если тот находит время и силы быть тем, кто он есть — полностью отождествить себя с тем, что происходит с ним в настоящем. «В движении это не что-то умозрительное, метафоричное, не про «ситуации из жизни». Наоборот, такое простое и телесное. Тот самый «танец, рожденный из глубины, из меня прямо здесь и теперь» — через такие вот физичные задачи, как внимание к весу, опоре, распределению усилий в теле.

Позволю себе перефразировать Бейссера и заменить слово «изменение» на «танец», «пациент» — на «танцовщик», «терапевт» — на «преподаватель». Очень мне близкое))
«[Танец] не возникает благодаря «старанию», принуждению, убеждению или посредством инсайта, интерпретации или других аналогичных средств. [Он] появляется, скорее всего, если [танцовщик], по крайней мере, на мгновение отказывается от того, кем бы он хотел стать и пытается быть тем, кто он есть. Данное предположение основано на том, что человек должен стоять в каком-то одном месте и иметь надежную опору, без которой двигаться дальше трудно или совсем невозможно.

…В свою очередь [педагог] также двигается к [танцу], когда ищет пути, как оставаться самим собой в контакте с другим человеком. Этот вид обоюдного взаимодействия ведет к появлению существенной возможности —[преподаватель] может быть наиболее эффективным, если способен к максимальным изменениям [танцу]. Когда он открыт им, то, скорее всего, у него есть шанс оказать максимальное воздействие на [ученика]. «

Вообще, в последнее время замечаю, как много у того способа танцевать и преподавать танец, который мне близок, пересечений с гештальт-философией (особенно современной). С любопытством двигаюсь дальше))

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *