Поделюсь немножко тем, что рождается на пересечении тем про силу, расслабление — и базовых паттернов движений (так уж получилось, что сейчас погружена в эти вещи)). Если коротко: то, что обычно принято считать дуальностью «напряжение — расслабление», сильный — слабый, усилие — отпускание — чуть более объемно и имеет несколько измерений. Существуют разные виды усилия, оно по-разному инициируется и ощущается в теле.
Один из видов усилия — сонаправленное с гравитацией или имеющее подобное ему качество. Усилие, направленное в опору, когда мы сначала делаем движение отдавания своего веса (причём, не мёртвым грузом, когда лёг-отдал и выключился, а движение длящееся: я здесь, я присутствую, я в контакте с опорой и я чувствую, как этот контакт проявляется и ощущается в моём теле), а затем когда «отдала всю себя» опоре, но продолжаю это движение в ее сторону — здесь уже появляется усилие-вминание в опору, и сначала кажется, что я хочу будто ещё больше проникнуть в нее, влиться, пролиться насквозь. Но парадоксальным образом это движение оказывается движением отталкивания, которое помогает более ясно различать свои границы: вот я, вот не-я, это мои возможности, вот ограничения. И движение слияния переходит в движение различения и отталкивания (push).
Само качество движения-оттолкнуть, отжаться, толкать(ся) — довольно специфическое, ясное, как будто весь объем тела «выливается» в поверхность, где происходит отталкивание.
Следующий вид усилия — reach — вытяжение, дотягивание, растягивание — является естественным продолжением предыдущего push, я об этом когда-то рассказывала. В конечном итоге это движение-выход за пределы нынешней формы, а в начале оно похоже на утреннее потягивание (есть такой термин для этого движения — пандикуляция), растягивание, «расправление складок бытия» внутри тела. У этого усилия вытяжения — тоже свой особенный вкус, как будто я хочу удлиниться, расшиться, стать чуть больше, чем я есть. «Распростертые объятия» — вот это «простереть», распространиться, дотянуться куда-либо — это еще одно качество усилия.
Еще один вид, который есть среди базовых движений — схватывать (grasp). Причём, как в языке это слово имеет двойное значение: физически за что-то взяться или в переносном значении что-то понять, усвоить. «Схватывает на лету». И это отдельное движение, отдельное усилие — не просто дотянуться-достать, а включить чувствительность, «понималку» и встретиться с кем-то или чем-то, присоединиться к чему-то. Не просто коснуться, не просто вскользь. Схватить. Взять. Выстроить себя в этом месте встречи так, чтобы держать(ся). Это отдельный вид усилия, чтобы его сделать, мне нужно иначе, чем в других видах движения, организовать связи и тонусы внутри своего тела.
Ну и четвертый вид усилия (который, кстати, в пределе граничит и переходит в расслабление) — это pull, притягивание, втягивание, вбирание в себя. Он вроде как «противоположен» reach-вытяжению: я наоборот, собираю или собираюсь от периферии к центру. Но, если посмотреть на него с точки зрения движений контакта — после того, как я схватываю, я делаю движение-вбирание именно этого, схваченного, забирание-в-себя. Одновременно я продолжаю «простираться», распространяться вокруг этого, обволакивать, усваивать, присваивать (немножко похоже на то, как большая змея обволакивает собой свою пищу). Делать частью себя. В этом смысле это даже продолжение движения reach, но уже в другом аспекте, направлении. Одновременно с притяжением, я открываюсь навстречу другому, впускаю что-то в себя. Это движение-впускание — как раз близко с «пассивным» восприятием, готовностью принимать, чувствовать, откликаться. Это тоже диапазон этого вида усилия: от явного и мощного втягивания к спокойному и почти безусильному впусканию и открытости.
Ну и следующий паттерн, который принято считать «чисто расслабленным» — отпускание, release — на самом деле тоже имеет диапазон «величины». Отпускание как выпускание чего-то изнутри наружу, отдавание. Оно может быть действительно очень лёгким: разжать кулаки, выдохнуть, выпустить. А может быть — вполне ясным и намеренным усилием (вспомним потуги в родах — они ведь так и называются «рефлекс изгнания»). Метафорически, мне кажется, где-то здесь — поиск и процесс рождения формы в искусстве и творчестве. Когда мы отпускаем, отделяем нечто, рождая изнутри себя. Или — продалжая историю с циклом контакта — мы схватили нечто, вобрали в себя, и затем избыточное или то, что появилось в результате нашего взаимодействия, осталось — отпускаем, отторгаем. Снова, как в паттерне push, делаем различение между я и не-я. И это тоже — отдельный вид напряжения-усилия в теле.
Поэтому в нашем диапазоне возможностей движения есть богатая гамма: вместо просто «напряги-расслабь» руку, мы можем очень по-разному организовывать свой тонус, внимание, взаимодействие с опорой и окружающими нас людьми, предметами, образами. И для танцующего включать эти возможности в свой инструментарий — важная и полезная задачка)